Registration

Login in

Need help

Русский язык в Канаде: реальность и перспективы

Испекла бабка колобок.
Он выкатился из печки и бабке с дедом:
- Ноw dо уоu dо?
И покатился дальше.
Дед удивленно смотрит на бабку:
- С чего бы это, старая?
- Сама не знаю, наверное, пшеница была канадская.

В Канаде проживают четыре волны русской эмиграции. Первая волна – духоборы и их потомки, старались хранить чистоту русского языка. Духоборы – это секта, отделившаяся от православной церкви. Для эмигрантов-духоборов языковая идентичность была равнозначна религиозной идентичности, так как богослужения проводились на русском языке. Долгое время русский язык в среде эмигрантов первой волны сохранял особенности, характерные для русского языка ХІХ века, то есть, того времени, когда эти эмигранты покинули Россию.

Эмигранты второй, третьей и четвертой волны стремились как можно быстрее влиться в канадское общество, как можно меньше отличаться от местных. Жить одновременно в двух культурах не так легко. Эмигранты говорили по-русски только дома, в семейном кругу. С другими эмигрантами по разным причинам мало общались. А на работе, в транспорте, магазинах, больницах и т.д. – везде доминирует английский.

Поэтому русские в Канаде со временем начинают разговаривать на своеобразном англо-русском суржике. Во-первых, заменяют русские слова английскими: «Жду тебя возле второго экзита» (англ. Exit – выход). Во-вторых, строят предложения на русском языке по правилам английской грамматики: «Я был удивлен узнать…» вместо «Я удивился, когда узнал…». Хотя эмигранты третьей волны, которые прибыли в Канаду уже с законченным образованием, больше склонны заимствовать английские слова, прибавляя к ним русские окончания, суффиксы и приставки, например: «послайсить» (англ. to slice – нарезать ломтиками), «юзанный» (англ. used – использованный, бывший в употреблении). Кроме того, часто неправильно употребляют русские слова: «Не знаю, если они придут сюда», «написал письмо к моему другу», «ходила видеть бабушку».

Субботние школы и курсы русского языка при университетах, к сожалению, не решают проблемы сохранения русского языка в Канаде. Во многих местах занятия проводятся всего один раз в неделю по 2 часа в день. Этого мало – для изучения любого языка. В то же время методы преподавания малоэффективны. Учащиеся субботних школ – это дети разных возрастов (от 5 до 13 лет) и разного уровня языковой подготовки. Дети, которые родились в Канаде, не знают русского вообще или разговаривают на так называемом «детском языке» (baby language). Дети, которые прибыли в Канаду недавно (5 лет назад и менее), говорят по-русски достаточно хорошо. Но, по мере погружения в анлоязычную среду, они теряют языковые навыки, используют все больше английских слов даже дома, в конце концов, полностью переходят на английский. В итоге те жители Канады, которые считают себя русскими, говорят по-русски медленно, с трудом подбирая слова, или не знают русского языка вообще.

Для любого языка существуют две методики преподавания: как иностранного и как родного. Детям русских эмигрантов ни та, ни другая методика по разным причинам не подходят. Преподавание русского для иностранцев ориентировано в основном на разговорную практику и пополнение словарного запаса. Зачастую словарный запас детей эмигрантов превышает таковой, представленный в учебниках русского языка. Дети и студенты из русских семей знают большинство грамматических форм, но не понимают, как их употреблять.

Обучение детей эмигрантов русскому как родному неприемлемо потому, что их опыт языкового общения ограничен отдельными бытовыми темами, отсутствует языковое чутье. В учебниках для взрослых много внимания уделяется пунктуации (использованию знаков препинания) и совсем мало – грамматике (как правильно строить фразы, какие слова уместно употреблять друг с другом и т.д.)

Отсюда следует, что необходим новый метод обучения, который филологи уже условно называют «русский язык для русских как иностранный». Как бы парадоксально ни звучало, но это – единственный выход из создавшегося положения.